Бенуа
Сергиевка и окрестности
Династия Бенуа в Петергофе.

Замечания и предложения направляйте
mail@mesniki.ru
Вконтакте
В экспозиции петергофского художественного музея Бенуа имеется генеалогическое древо известной династии, давшей миру архитекторов, скульпторов, музыкантов, и внесших большой вклад в русское и зарубежное искусство.

Генеалогическое дерево

>  
 
   
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
  Леонтий
(Луи Жюль)
Бенуа
(1772—1822)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Михаил
Леонтьевич
Бенуа
(1799—1867)
Леонтий
Леонтьевич
Бенуа
(1801—1885)
 
 
 
 
 
 
Николай
Леонтьевич
Бенуа

(1813—1898)
 
 
 
 
 
 
Юлий
Леонтьевич
Бенуа
(1820—1898)
Александр
Леонтьевич
Бенуа
(1817—1875)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Александр
Михайлович
Бенуа
(1862—1944)
  Алексей
Леонтьевич
Бенуа
(1838—1902)
  Екатерина
Николаевна
Бенуа-Лансере
(1850—1933)
  Альберт
Николаевич
Бенуа
(1852—1936)
  Леонтий
Николаевич
Бенуа
(1856—1928)
  Михаил
Николаевич
Бенуа
(1862—1931)
  Александр
Николаевич
Бенуа
(1870—1960)
  Юлий
Юльевич
Бенуа
(1852—1929)
  Александр
Александрович
Бенуа
(1852–1928)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
  Зинаида
Серебрякова
(1884—1967)
  Альберт
Альбертович
Бенуа
(1879—1930)
  Надежда
Леонтьевна
Бенуа-Устинова
(1895—1975)
  Константин
Михайлович
Бенуа
(1885—1950)
  Николай
Александрович
Бенуа

(1901—1988)
 
 
 
 
  Альберт
Александрович
Бенуа
(1888—1960)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
  Питер А.
Устинов
(1921—2004)
  Михаил
Константинович
Бенуа
(1912—1955)

Архитектор Н. Л. Бенуа

Николай Леонтьевич Бенуа
1 (13) июля 1813,  — 11 (23) декабря 1898 г.

Николая Леонтьевича Бенуа, одного из талантливейших представителей русской архитектуры, можно по праву считать родоначальником художественных ветвей древа семейства .
В немалой степени воспитанию любви к искусству и развитию художественных навыков способствовало проживание многочисленной семьи зодчего в прекрасной летней резиденции русских царей — Петергофе.
"Мой отец помнил Петергоф еще в годы, когда Россией правил Александр I, когда на "Петергофский праздник" (в честь вдовствующей императрицы Марии Федоровны) съезжалось пол-Петербурга. Наконец, многие члены нашей семьи родились в Петергофе, а два моих дяди и три моих брата всегда в нем проводили свой летний отдых", писал в своих воспоминаниях сын зодчего, известный искусствовед и художник Александр Николаевич Бенуа.
Почти 50-летняя непрерывная деятельность Николая Леонтьевича Бенуа в Петергофе началась в 1847 году, когда он получил заказ от императора Николая I построить на месте старого конюшенного двора комплекс придворных конюшен, а на гранильной фабрике сделать из малахита католический алтарь для подарка королю Сардинии.

конюшни

2 июля 1854 года Николай Леонтьевич сообщал Строительной комиссии: "Имею честь донести, что постройка каменных конюшен в Петергофе, производившаяся безостановочно около семи лет, ныне приведена в окончание".
За строительство этого грандиозного комплекса архитектор получил орден Св. князя Владимира 4-й степени.
Учитывая, что Николай Леонтьевич оказался плотно занятым на работах в Петергофе, то летние месяцы ему приходилось проводить в нем, а при отсутствии казенной квартиры сам снимал дачу. Лето 1848 года зодчий жил в доме смотрителя петергофских зверинцев Ивана Ивановича Артемьева на Ольгинской улице, в трехстах метрах от своей грандиозной стройки.
Дом Артемьева является первым установленным адресом проживания в Петергофе Николая Леонтьевича Бенуа.
Отсюда 6 августа 1848 года Николай Леонтьевич направил рапорт на имя министра императорского двора князя П.М. Волконского: "Желая вступить в супружество с дочерью Академика Кавоса, девицею Камиллою, я имею честь покорнейше просить Вашу Светлость удостоить меня на то дозволением". Не исключено, что прошение было отправлено министру непосредственно с дачи И.И.Артемьева.
Ответ князя последовал уже 10 августа: "В следствие рапорта Вашего от 6-го сего Августа, я дозволяю Вам вступить в брак с дочерью Академика Кавоса, Камиллою".
В апреле 1849 года император Николай I по ходатайству почтового ведомства отдал для постройки конторы в Петергофе незастроенный участок на С-Петербургской улице, при условии, что ему будет представлен "хороший фасад предполагаемого к постройке дома".
В исторической литературе, освещающей творчество Н.Л. Бенуа, разработка проекта петергофской почты предписывается ему совместно с архитектором А.К. Кавосом, на дочери которого Николай Леонтьевич был женат. В то же время в РГИА имеется документ, из которого следует, что в апреле 1850 года архитектор почтового ведомства Альберт Катаринович Кавос представил проект "в двух видах на постройку в городе Петергофе дома для Почтовой конторы и станции , один из которых и был Высочайше утвержден.
Архивные документы также свидетельствуют, что именно под наблюдением Кавоса шло строительство почтовой конторы, которое закончилось в 1853 году.
Другое дело, что в 1850 году Николай Леонтьевич был назначен в Петергоф дворцовым архитектором и по долгу службы занимался всем строительством в нем, и, возможно, внес некоторые изменения в проект почтовой конторы.
10 августа 1850 года начальнику петергофского дворцового правления поступило распоряжение: "Государь Император Высочайше повелеть изволил: состоящего при производстве работ по ведомству Петергофского Дворцового Правления архитектором статского советника Шарлемани от должности сей уволить, прекратив получаемое им по оной из Кабинета и государственной казны содержание, всего 1714 руб. 86 коп. сер.; на место же Шарлемани назначить архитектора Бенуа".
Николай Леонтьевич, видимо, из-за своей нагрузки и по другим заказам вне Петергофа, проработал на этой должности всего лишь около двух лет, пошел дальше на повышение, а на посту дворцового архитектора Петергофа его сменил Иван Иванович Комаров.
Н.Л. Бенуа, назначенному на должность дворцового архитектора Петергофа, пришлось теперь совмещать решение текущих вопросов городского и дворцового хозяйства на службе с творческой деятельностью в не ее.
23 августа того же 1850 года он представил рисунок и смету на постройку в Петергофе "воздушного театра", наподобие существовавшего в Лазенках около Варшавы. Смета предусматривала также постройку рядом с театром кирпичного домика для актеров.
Министр императорского двора вернул архитектору смету и рисунок театра с уведомлением, что "Государь Император Высочайше повелеть изволил хранить оных впредь до востребования".
В будущем у маститого архитектора резолюций императора "хранить до востребования" накопится достаточно много.
Надо отметить, что лето 1850 года Николай Леонтьевич с семьей снова провел в Петергофе, снимая дачу у.наследников лейб-медика Петра Ивановича Линдестрема на С-Петербургской улице, располагавшуюся рядом с парком Александрия.
Эту дачу Николай Леонтьевич изобразил в путевом альбоме, о котором писал в своих воспоминаниях его сын, Александр Николаевич.
В 1853 году по проекту Николая Леонтьевича началось строительство фрейлинских домов "вместо шести ветхих деревянных...", на которые ушло 2 млн. кирпичей.
Помощниками при строительстве этих домов у Н.Л. Бенуа был сначала архитектор Александр Егорович Шумахер, а на конечном этапе — Василий Федорович Эстеррейх.
7 августа 1855 года Бенуа сообщил начальнику петергофского дворцового правления: "...постройка двух каменных кавалерских домов совершенно быть может окончена к 1 июня 1857 года".
Свое обещание архитектор сдержал, закончив строительство фрейлинских домов в 1857 году.
8 1853 году между столицей и Петергофом барон Александр Людвигович Штиглиц начал строительство железной дороги, для которой по проектам Бенуа было возведено несколько вокзалов.
Конечную станцию "Петергоф" по его проекту начали строить в августе 1854 года рытьем рвов для фундамента здания и, не смотря на полное прекращение работ во время Крымской войны, сооружение вокзала, как и всей железной дороги закончили к лету 1857 года.
27 июля 1857 года "Санкт-Петербургские ведомости" сообщили своим читателям: "В четверг, 18 июля, произошло освящение Петергофской железной дороги ... Открытие железной дороги последовало в воскресенье в 10 утра, а с 22 июля поезда отправляются ежедневно по расписанию...".

вокзал
Одним из директоров Балтийской железной дороги был барон Константин Карлович Фелейзен, огромная дача которого находилась в Большой слободе Старого Петергофа и для которой Н.Л. Бенуа в 1854—1857 годах разработал проект служебных построек.
В 1855 году Николаю Леонтьевичу поручили выполнить проект "постройки вновь Драконовой каскады".
Тогда же Н.Л. Бенуа сделал несколько вариантов перестройки каскада, но лишь в 1875 году провел реставрацию этого каскада, когда наверху по его проекту установили металлического орла, а внизу — скульптурную группу П.А. Ставассера "Нимфа и сатир", снятую с Чертовой горки Колонистского парка.
Не осуществленный проект перестройки углового каменного кавалерского дома у церковного флигеля Большого дворца зодчий разработал в 1856 году.
Лето этого года Николай Леонтьевич с семьей проводил в Петергофе, где 11 августа у него родился сын Леонтий, продолживший дело своего отца, став также известным архитектором.
К сожалению, адреса проживания семьи Бенуа в тот летний сезон выяснить не удалось.
На лето 1857 года Бенуа снял дачу у статского советника Фердинанда Фердинандовича Гаазе на углу Лихардовской и Мариинской улиц.
На этот год приходится начало строительства дворцового лазарета, для которого Николай Леонтьевич выполнил несколько проектов.
По ходу строительства ему приходилось дорабатывать воплощавшийся в жизнь проект по замечаниям старшего врача лазарета Аполлона Ивановича Гильтебрандта.
1 июля 1860 года, в день рождения вдовствующей императрицы Александры Федоровны, состоялось торжественное освящение лазарета и больных из прежнего, находившегося на противоположной стороне Санкт-Петербургской улицы, перевели в новый.
Одновременно по проектам Н.Л. Бенуа рядом с лазаретом построили часовню "для мертвых тел", а, напротив, через С-Петербургскую улицу вдоль Лихардовской, каменное здание прачечной.
В 1857 году Николаю Леонтьевичу пришлось рассматривать проект строительства дачи Ильи Петровича Чайковского, отца гениального композитора, которую тот строил на бульваре Юркевича в Старом Петергофе.
На лето 1858 года Н.Л.Бенуа поселился в шестом деревянном доме у фрейлинских домов, который на время их строительства использовался как служебный. Осенью того же года, после окончания летнего сезона дом за ветхостью был снесен.
Для имения столоначальника петергофского дворцового правления Ивана Васильевича Панафидина на огромном участке вдоль Александрийской улицы Николай Леонтьевич в это время разработал проект некоторых его построек.
Лето 1859 года архитектор провел с семьей в доме Клавдии Матвеевны Нефедовой на Санкт-Петербургской улице, почти напротив строившегося лазарета.
В этом году по проектам зодчего начались работы по реставрации Большого грота, Самсоньевский канал декорировали четырнадцатью широкими пилонами из красного гранита, на которых поместили золоченые маскаро-ны и началось строительство официантского дома, законченное в 1864 году.
Работы по Большому гроту вчерне были выполнены за одну зиму, но его окончательная отделка затянулась до 1862 года. Помощниками Н.Л. Бенуа при реставрации грота были архитекторы Роберт Вебер и Людвиг Шперер, но главная работа по его перестройке в зиму с 1859 на 1860 год выполнялась под руководством архитектора Ивана Ивановича Комарова.
В 1860 году Николай Леонтьевич разработал проект и смету капитального ремонта Никольского домика и рядом с ним стоявшей караулки, оказал помощь в утверждении проекта строительства домов коллежскому асессору Василию Лукичу Генкелю на Кадетской улице, и разработал проект строительства дачи на Петровской улице для Елизаветы Ермолаевны Михельсон, камер-юнгферы императрицы Александры Федоровны.
В этом же году по проекту Н.Л. Бенуа был переделан фонтан "Кольцо" на Большом каскаде и он получил новое название "Корзинка".
На лето 1861 года Николай Леонтьевич снял дачу у жены титулярного советника Марии Семеновны Шенк, купившей имение Нефедовой. Условия проживания в этом доме, видимо, были приличными, так как лето 1865 года семья Бенуа снова проводила у Марии Семеновны Шенк. В 1861 году Н.Л. Бенуа разработал проект перестройки Верхне-садского дома, работы по которому были закончены в 1869 году.
В этом же году зодчему пришлось быть в составе комиссии по оценке имений действительного статского советника Александра Петровича Меркулова и его жены Амалии Ивановны в Заячьем Ремизе Старого Петергофа. Проект пьедестала бронзовой модели памятника адмиралу Лазареву работы скульптора Н.С. Пименова для Большого дворца Николай Леонтьевич выполнил в 1863 году. В 1864 году начальник петергофского дворцового правления направил рапорт министру императорского двора: "Придворная зимняя Крестовоздвиженская церковь имеет крайне тесное помещение и неудобство от неправильности ея внутреннего расположения, состоящего из 5 небольших комнат...
Архитектор же Высочайшего двора Бенуа представил проект перестройки оной. Разделяя вполне мнение священника о неудобстве означенной церкви, я имею честь представить Вашему Сиятельству на благоусмотрение проект Бенуа и планы на 4-х листах и подлинные рапорты его и священника".
Сведений о воплощении проекта перестройки Крестовоздвиженской церкви по проекту Н.Л. Бенуа не имеется.
Как уже говорилось, летний сезон 1865 года Бенуа с семьей провел в доме Шенк, а в следующем году у немецкого колониста Александрийской колонии Эйдемиллера, занимаясь декоративным оформлением петергофской гавани для торжественной встречи датской принцессы Марии Дагмар, невесты наследника, великого князя Александра Александровича, впоследствии императора Александра III.
В июле того же года Н.Л. Бенуа представил проект часовни "в воспоминание чудесного избавления Государя Императора", а петергофские купцы Александр Николаевич и Павел Алексеевич Неустроевы, Терентий Афанасьевич Сидоров, Петр Егорович Худяков, Михаил Павлович Замятнин и Егор Тимофеевич Нестеров собрали деньги на ее строительство.
Часовня во имя преподобного Иосифа Песнопевца была сооружена на Торговой площади в 1868 году.
Летние сезоны 1867 и 1868 годов Николай Леонтьевич с семьей провел в Петергофе на даче у колониста Шмидта.
В 1867 году Н.Л. Бенуа разработал проект пристройки к каменному особняку ген.-м. А.Ф. Гейрота. В следующем году он выполнил чертежи двух больших лампад из чистого серебра с позолотой для церкви Большого дворца, за изготовление которых взялся мастер Карл Матвеевич Бояновский, и проект дачи "в характере тосканских вилл" директору Петербургского общества газового освещения Егору Егоровичу Маллиссону, купившему участок на Собственном проспекте Старого Петергофа.
С 1869 и по 1874 год на летнее время Николаю Леонтьевичу предоставлялась казенная квартира в 3-м деревянном кавалерском доме за гербом, при этом ему каждый год приходилось заранее обращаться в дворцовое правление.
Так, 12 марта 1874 года он писал: "... мне поручена постройка нового здания Николаевской богадельни в Петергофе, без всякого за то вознаграждения; содержана моем иждивении для сей постройки и помощника, осмеливаюсь покорнейше просить во внимание сего, Дворцовое Правление об исходатайствова-нии для моей квартиры и чертежной, позволения занять на время производства работ третий деревянный дом за гербом...".
Доложили, как всегда, о прошении министру императорского двора и тот 6 апреля дал согласие на предоставление дома зодчему на лето, но с условием "в случае Высочайшего присутствия в Петергофе или надобности в этом помещении оно было немедленно очищено".
В 1869-870 г.г. Николай Леонтьевич осуществил свой проект реставрации Марлинского каскада.
6 июня 1870 года он закончил "План павильона Военной гавани и чертежи мебели для павильона".
Деревянный павильон сразу же был построен и состоял из двух комнат и площадки между ними. Первая из комнат предназначалась для Высочайших особ, а вторая для свиты.
В 1870 году закончили по проекту архитектора Ивана Петровича Мааса строительство церкви во имя св. Троицы на Свято-Троицком кладбище Старого Петергофа и ее приемку возложили на Николая Леонтьевича.
В 1871 году Н.Л. Бенуа выполнил очередной проект перестройки галерей Большого дворца, который так и не был воплощен, а в следующем году ему поручили разработку проекта устройства водоснабжения и полоскания белья в Петергофе.
Зодчий представил в петергофское дворцовое правление обстоятельную записку со своими предложениями и чертежи с проектами их внедрения, по которым на Торговой площади была построена портомойня — "теплое помещение на 20 полоскательных бассейнов, в коем квартира сторожа".
В последующие годы Н.Л. Бенуа разработал некоторые проекты, оказавшиеся не осуществленными:
- 1873 год — устройство новых ворот и ограды Верхнего сада в стиле Большого дворца, и
- 1874 год — нового комплекса зданий Присутственных мест.
В 1874 году Николай Леонтьевич вел строительство Богадельни — каменного Дома престарелых и увечных в память императора Николая I в Егерской слободе Старого Петергофа, который закончил на следующий год, за что получил орден Св. Станислава I степени, но лишь через год.
На лето 1876 года Николай Леонтьевич снимал дачу в доме дочерей ген.-м. Василия Вавиловича Бабушкина на Кадетской улице, о чем довольно подробно рассказал в своих воспоминаниях Александр Николаевич Бенуа.
Из тех же воспоминаний следует, что некоторые летние сезоны семья Бенуа провела на даче Ц.А. Кавоса, построенной на Золотой улице по проекту Альберта Николаевича Бенуа.
Последний период жизни, связанной с Петергофом, Николай Леонтьевич провел в деревне Бобыльской, где на берегу Финского залива в начале 1890-х годов его сыновья Леонтий и Михаил построили себе дачи. Здесь в 1893 году Николай Леонтьевич торжественно отметил свое 80-летие.
Не смотря на солидный возраст, Николай Леонтьевич продолжал еще работать, в том числе, и по выполнению заказов на дачах своих петергофских друзей Черемисиновых и Половцевых.
На даче Петра Николаевича Черемисинова на Санкт-Петербургской улице (бывшая дача Трувеллера) Н.Л. Бенуа в 1892 году проводил различного рода ремонтные работы, а на следующий год ремонт только бань.
На даче тайного советника Валерьяна Александровича Половцева и его жены Каролины Ивановны (бывший деревянный особняк А.Ф. Гейрота) Николай Леонтьевич осуществил ремонт дома и некоторую перепланировку комнат в 1892 году.
В 1894 году он снова занимался некоторыми работами на даче Половцевых, а 25 августа 1895 года под наблюдением Николая Леонтьевича и по его проекту был установлен на втором этаже дачи железный балкон.
Это последняя работа, из установленных, талантливого зодчего в любимом им Петергофе.
Николай Леонтьевич Бенуа умер 11 декабря 1898 года и был похоронен на римско-католическом кладбище Выборгской стороны Петербурга в склепе церкви, которую сам построил.
К настоящему времени из городских построек Николая Леонтьевича Бенуа в Петергофе очень многое исчезло, но все же кое-что сохранилось.
В то же время, нужно отметить, что целый ряд построек Н.Л. Бенуа, которые дошли до нас, находятся в плачевном состоянии (в первую очередь некоторые флигеля Царских конюшен), и было бы памятью великому зодчему их реставрация и поддержание в нормальном состоянии "на память грядущего потомства"!
 Гущин Виталий Андреевич
Архитектор Н.Л. Бенуа в Петергофе


Альбе́рт Никола́евич Бенуа́
(14 [26] марта 1852 — 16 мая 1936)

Альбрт Бенуарусский художник, архитектор, академик и преподаватель акварельной живописи в Академии Художеств. Сын Н. Л. Бенуа. Родился в семье архитектора Николая Леонтьевича Бенуа. Окончил 5-ю Санкт-Петербургскую гимназию (1871)[3]. В 1871—1877 учился в Императорской Академии художеств на архитектурном отделении. Одновременно занимался акварелью под руководством Л. О. Премацци. В 1876 был удостоен большой поощрительной медали и малой золотой медали за программу «Проект университета». В 1877 году выпущен из Академии со званием классного художника-архитектора 1-й степени.
В 1875—1876 выполнил проект дачи Ц. А. Кавоса в Петергофе.
В 1883 по приглашению Александра III сопровождал царскую семью в летней экскурсии по финским шхерам на яхте «Царевна».
После окончания Императорской Академии художеств занялся акварельной живописью.
В 1883—1885 гг. путешествует по Италии,Франции, Испании для совершенствования в технике акварели. В 1884 году за акварели «Местечко Балье», «Город Сан-Ремо» и другие был удостоен звания академика.
По возвращении в Петербург назначен преподавателем акварели в Императорской Академии художеств; в 1894—1905 — член Совета, с 1894 — действительный член ИАХ.
В 1890-х —1910-х много путешествовал, исполнил пейзажи побережья Финского залива, Кавказа, Поволжья, Северной Африки, Средиземноморья, Сибири, Манчжурии, Китая, Японии, Кореи. Создал обширную серию видов Петербурга и пригородов.
В 1880 году стал одним из основателей Кружка русских акварелистов (с 1887 — Общество русских акварелистов), в 1887—1897 — член Правления Общества, в 1897—1918 — почетный член Общества. Провел персональные выставки в Петербурге (1903, 1909, 1915) и Киеве (1904, 1909).
С 1895 г. — хранитель Русского музея императора Александра III. С 1897 г. — инспектор по художественной части Департамента торговли и мануфактуры.
С 1903 года был соредактором журнала «Мир искусства».
В 1918 году был назначен заведующим Музеем прикладного искусства Комиссариата торговли и промышленности, участвовал в создании Музея природы северного побережья Невской губы.
В 1924 году эмигрировал в Париж, выехав туда по вызову старшей дочери, оперной певицы Марии Черепниной.
В 1926 был избран членом Парижской Академии изящных искусств.
В последние годы из-за болезни ног был прикован к постели и находился под опекой дочери и зятя — композитора Н. Н. Черепнина.
Умер 16 мая 1936 года в пансионате для больных в предместье Парижа.
Произведения Бенуа находятся в Государственном Русском музее, Государственной Третьяковской галерее и других.

Бенуа А. Н. Вечер на взморье. А Бенуа Морской берег в деревне Бобыльской А.Бенуа - Вид на Финский залив
Бенуа А. Н. Вечер на взморье. А Бенуа Морской берег в деревне Бобыльской А.Бенуа - Вид на Финский залив


Лео́нтий (Людвиг) Никола́евич Бенуа́
(11 (23) августа 1856 — 8 февраля 1928)
Леонтий Бенуа

русский архитектор периода эклектики, крупный педагог. Член-основатель (1903) и почётный председатель Общества архитекторов-художников, редактор журнала «Зодчий» (1892—1895). Представитель художественной династии Бенуа. Последний частный владелец «Мадонны Бенуа» и имения Котлы.  Сын видного архитектора Николая Леонтьевича Бенуа и Камиллы Кавос. Учился в петербургской Академии художеств (1875—1879) у А. И. Резанова, Д. И. Гримма, А. И. Кракау. Завершил курс обучения в Академии в 1879 году, за год до положенного срока, при этом получил большую золотую медаль (классный художник первой степени). По окончании Академии художеств женился на Марии Александровне Сапожниковой, дочери состоятельного астраханского купца-рыботорговца. Именно от тестя получил во владение работу Леонардо да Винчи, ныне известную как «Мадонна Бенуа», а от тёщи — половину дворянского имения Котлы. В 1883 году Леонтий Бенуа был принят на должность адъюнкт-профессора в Институт гражданских инженеров. В 1885 году был удостоен звания академика, а в 1892 году — профессора архитектуры (за проект церкви Св. Георгия в Гусь-Хрустальном). В 1893 году приглашён в Академию художеств на должность руководителя одной из мастерских архитектурного отделения Высшего художественного училища. В училище он восстановил занятия акварельным рисунком для архитекторов, ввел лепку, предлагал учредить мастерскую монументальной живописи и начать преподавание технологии художественных работ. Преподавать Л. Н. Бенуа начал еще студентом в Рисовальной школе Общества поощрения художеств (1879—1884). В дальнейшем преподавал в Институте гражданских инженеров (1884—1892, также 1920—1927), в Академии художеств (профессор с 1892 года; в 1903—1906 и 1911—1917 годах также был ректором Высшего художественного училища), в Свободных художественных мастерских (профессор с 1918 года). С 1905 года — действительный статский советник[3]. Среди учеников Л. Н. Бенуа — В. Г. Гельфрейх, В. И. Дубенецкий, Ф. И. Лидваль, М. С. Лялевич, О. Р. Мунц, В. А. Покровский, Л. В. Руднев, И. А. Фомин, С. Е. Чернышёв, Э. Е. Шталберг, В. А. Щуко, А. В. Щусев. 13 августа 1921 года Л. Н. Бенуа был арестован с сыном Владимиром и дочерьми Ниной и Екатериной по делу «Петроградской боевой организации В. Н. Таганцева». Обвинялся «в сношениях с английской и финляндской разведкой» (поводом для обвинения стала переписка с дочерьми Ниной и Ольгой, тайно выехавшими в Выборг). В 1922 году по ходатайству юридического отдела «Помполита» был освобожден из тюрьмы.[4] Леонтий Николаевич Бенуа скончался 8 февраля 1928 года, был похоронен в некрополе Новодевичьего монастыря. В конце 1950-х годов его прах был перенесён на Литераторские мостки Волковского кладбища.
По проекту Леонтия Николаевича Бенуа были возведены дачи: его брата, морского офицера Михаила Николаевича, его собственная и его зятя А.Э. Мейснера. Дача М.Н. Бенуа и ее оранжерея, построенные в 1892 г., сохранилась. Дачи самого Л.Н. Бенуа и А.Э. Мейснера сгорели в 1919 году.

Дача  М.Бенуа   Дачи Л.Н. Бенуа и А.Э. Мейснера Дача Альберта Бенуа
Дача Михаила Бенуа   Дачи Л.Н. Бенуа и А.Э. Мейснера Дача Альберта Бенуа

Александр Николаевич Бенуа
21 апреля [3 мая] 1870— 9 февраля 1960)
Александр Бенуа русский художник, историк искусства, художественный критик, основатель и главный идеолог объединения «Мир искусства».
Сын архитектора Николая Леонтьевича Бенуа и его жены Камиллы, дочери архитектора А. К. Кавоса.
Начальное образование получил в гимназии Человеколюбивого общества, окончил гимназию Мая. Некоторое время учился в Академии художеств, также занимался изобразительным искусством самостоятельно и под руководством старшего брата Альберта.
В 1894 году окончил юридический факультет Санкт-Петербургского университета. В 1894 году начал свою карьеру теоретика и историка искусства, написав главу о русских художниках для немецкого сборника «История живописи XIX века». В 1896—1898 и 1905—1907 годах работал во Франции. Стал одним из организаторов и идеологов художественного объединения «Мир искусства», основал одноимённый журнал. Знаменитый художественный критик, введший в оборот выражения авангард и русский сезаннизм.
В 1916—1917 годах художником были созданы иллюстрации к поэме А. С. Пушкина «Медный всадник».
В 1918 году Бенуа возглавил Картинную галерею Эрмитажа, издал её новый каталог. Продолжал работу как книжный и театральный художник и режиссёр, в частности, работал над постановкой и оформлением спектаклей петроградского Большого драматического театра. В 1925 году принял участие в Международной выставке современных декоративных и промышленных искусств в Париже
В 1926 году А. Н. Бенуа покинул СССР. Жил в Париже, где работал над эскизами театральных декораций и костюмов. Участвовал в балетной антрепризе С. Дягилева «Ballets Russes» как художник и автор-постановщик спектаклей.
Скончался 9 февраля 1960 года в Париже. В последние годы работал над обстоятельными мемуарами.
Из воспоминаний Александра Николаевича Бенуа «Жизнь художника»

Наиболее нежное и глубокое чувство я питаю к Петергофу. Быть может, известную роль тут сыграло то, что я с Петергофом познакомился в первое же лето своего существования, ибо мои родители в те годы всегда уезжали на дачу в Петергоф; переехали они туда и в 1870 году, еще когда мне минуло не более месяца.
В Петергофе же в следующие годы я стал впервые «осознавать» окружающее, да и в дальнейшем Петергоф не переставал быть «родным» местом для всей семьи Бенуа. В нем всегда проводили лето мои братья, в Петергофе начался мой «роман жизни», в Петергофе же живали не раз и я с собственной своей семьей. Но есть и вообще в Петергофе что-то настолько чарующее, милое, поэтичное и сладко-меланхоличное, что почти все, кто знакомятся с ним, подпадают под его чары

...Большой радостью для Миши и его семьи была жизнь летом на собственной даче в Петергофе. Участок этот с одной стороны упирался в смежный парк «собственной его величества дачи», а с другой он прилегал к коттеджам, построенным в английском вкусе Леонтием для себя и для своего зятя А. Э. Мейснера. Мишину виллу — самую большую из трех — трудно было счесть за архитектурный шедевр, но удобное расположение многочисленных, не особенно больших, но уютных комнат, искупало то, что ей не хватало в смысле внешней декоративности.
Совершенно прелестен был сад, разбитый вдоль самого берега моря. Мостки с перилами на тоненьких столбиках вели от него к собственной купальне и к маленькой пристани, где всегда ждал хозяина «тузик», на котором и переправлялись к яхте, стоявшей в море на более глубоком месте. ...

....Еще больше гостей у Альбера и Маши бывало летом, в дачной обстановке, где многие оставались ночевать, а то и проводили несколько дней под гостеприимным кровом моего брата и в той чарующей атмосфере, которую без всяких усилий умела создавать его жена. Такое присутствие многочисленных гостей приняло прямо хронический характер, когда Альбер, начиная с лета 1883 года, стал жить в «открытой» им деревушке Бобыльской, находившейся в двух верстах от Петергофа и расположенной у самого берега Финского залива, между двух обширных парков. Тот, что лежал на запад, входил в состав так называемой Собственной его величества дачи и сливался с еще более пространным парком герцогов Лейхтенбергских, а тот, что лежал на восток, принадлежал принцу А. П. Ольденбургскому и его супруге Евгении Максимилиановне (дочери в. к. Марии Николаевны).
Гостил и я у Альбера и Маши в Бобыльской на правах ближайшего родственника, но в сущности я и не гостил, а жил месяцами, имея свою комнату и все предметы, без которых я не мог обходиться. ….

Ах, каких я изумительных громадных кузнечиков ловил на дубовой полянке. Как безжалостно я их и всяких жуков и бабочек нашпиливал на булавки, предварительно умертвив их эфиром (а однажды на берегу моря я словил и скорпиона, честное слово — то был скорпион!). Какие волшебные прогулки я совершал, бродя по тенистым, в лес переходящим аллеям Лейхтенбергского парка и добираясь по шоссе до Петергофа и вступая под сень Нижнего Сада или Английского Парка. И еще какое наслаждение — пожалуй наиболее сладкое и острое — купанье в море! Стоило сделать шагов тридцать от калитки альберовской дачи, перейти через береговую дорогу, спуститься по невысокому валу из крупного булыжника, и уж под босыми ногами ощущаешь плотный песок, а еще через пять-шесть шагов на пальцы ног начинает набегать нагретая солнцем волна! Любители и виртуозы купанья жаловались на то, что в Бобыльске приходится идти очень далеко, пока глубина воды не окажется достаточной для плавания, но я плавать не умел . ….

В последующие годы у каждой дачи в Бобыльске были построены мостки, а на концах их раздевальные будочки (эти жиденькие постройки придавали под вечер что-то японское пейзажу), но в первое наше бобыльское лето (1883) такие мостки с купальней были только у дачи богатого фабриканта Сан-Галли и туда были приглашены купаться наши дамы — Маша и Соня и вообще взрослые из альберовской компании.

Александр Николаевич  Бенуа «Жизнь художника»